Сеть знакомств для любителей книг



Безымянный пользователь интернета
Сборные рецензии разных авторов, но от которых невозможно было отказаться
 послать сообщение
добавить в друзья
посмотреть список желаемых книг
посмотреть рекомендуемые пользователю книги

Читают то же, что и вы:
 
Игорь Манн

 
Taras Prokopyuk

 
Olga Makarova





Книги для обмена:
У этого пользователя пока нет книг для обмена




Безымянный пользователь интернета

лучшие рецензии : новые рецензии

все категории
Художественные

 1..10 Ctrl → 11..20 21..30 
Безымянный пользователь интернета
Книга как не странно получила года три-четыре назад получила много положительных отзывов и даже удостоилась премии в жанре "крупной прозы". Книга кажется с налётом философии, но на деле оказывается такой же философской-философской, как та самая песня про червяка Анатолия. Словно разворачиваешь бесконечные обёртки в надежде добраться в конце концов до конфеты, а выясняется, что под ними лишь пустота. Да, довольно реалистично описывается учебный процесс, создаётся атмосфера закрытого института, живо представляются герои, и ты поначалу заинтригован тем, что же это за специальные технологии. Но постепенно методы преподавателей, заставляющих студентов не понять, а лишь зубрить материал, отвечающих на все вопросы фразой, которая в конечном счёте сводится к: "так надо. вы всё равно ничего не поймёте", сначала приводят в недоумение, а затем начинают откровенно раздражать. Кажется, что тебя вслед за героями принимают за идиота. И становится непонятно, почему такие умные, мудрые, по крайне мере именно так о них заявляют, учителя используют самые примитивные средства для достижения своих целей? Героев ломают, ломают теми или иными средствами их психику, и при этом постоянно подчёркивается, что всё это делается ради их же блага. Кроме того, через всю книгу красной нитью проходит мысль, что любить значит испытывать страх за этого человека. На этом утверждении собственно и построено всё повествование. Не то, чтобы эта мысль была неправильна. Но определять любовь лишь этим, кажется, как минимум несправедливым. И даже несмотря на то, что в конце главная героиня опровергает это утверждение, делается это настолько скомкано и смазанно, что создаётся впечатление, что опровержения и не было.
В общем, не рекомендую.

Рецензия с scarletbloom.livejournal.com/38472.html

Марина и Сергей Дяченко Vita Nostra
Безымянный пользователь интернета
Издательтво "А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА" всегда радует своими книжками. Я просто не могу отвести глаз от их сказочных иллюстраций. Но цены на книги тоже "радуют". В данном случае сыграла роль завлекалки красивая обложка - она сразу бросилась в глаза! Ес-сно, я подошла и развернула аннотацию. Потом развернула первую попавшуюся страницу и почитала. Слог мне понравился и я, констатировав, что книга стоит чуть больше 30 грн (а страниц в ней более 400), згребла ее в свою корзиночку. Следом за ней отправился и второй том (трилогіі).

Рецензія з helen-orlova.livejournal.com/55826.html

Володимир Рутківський Джури козака Швайки
Безымянный пользователь интернета
Мені здалося, що ця книжка є неймовірно актуальною для нашого нинішнього суспільного і політичного часу, бо демонструє таку самотність мислячої людини в суспільстві, де всі швидше займаються не самовдосконаленням, а саморекламою.
Ярослав Грицак: В значній мірі згоден. Тільки, що моя книжка, я думаю, є оптимістичніша, принаймні, я писав її дуже оптимістично, бо я думаю, що інтелектуал чи інтелігент, який би ми термін не вживали, завше приречений на маргінальність, на другорядність в цьому суспільстві, завше хтось буде мати більший успіх, більше популярності, більше грошей і більше слави.
Інтелектуали на це не можуть претендувати з різних причин, але я думаю, що це й добре, що не претендують, бо хтось колись сказав, здається Аренсен сказав дуже добре, що тільки великі речі, справжні речі, довші речі, вічні речі можна творити, будучи не в мейнстрімі, будучи десь на обочині.
В тому сенсі моя книжка, власне, про такого маргінала. Бо Франко був маргіналом, який насправді витворив цілу свою власну Батьківщину, котра потім стала реальністю в 100 років пізніше.
В часи Франка над ним сміялися, над цією Батьківщиною, як на утопією, як над ілюзією, а потім виявилося, що зі всіх тих своїх сучасників Франко виявився найбільшим реалістом.

Полный текст рецензии можно посмотреть на velykiukrainci.livejournal.com/27211.html

Ярослав Грицак Пророк у своїй вітчизні: Іван Франко і його спільнота
Безымянный пользователь интернета
Удивительная книга. С первой же странице поражает язык (чем-то напомнило Платонова и Андрея Белого) - настолько необычные и красивые метафоры, эпитеты. Потом вдруг тон книги меняется и наступает черед кафкианского абсурда. Дальше больше: редукция вещей, экзистенция (Сартр?), отец-демиург и размышления о создании новой породы людей (Ницше?). Почему-то часто перед глазами возникали картины Брейгеля. Но ни в коем случае Бруно Шульц не сумма перечисленных авторов, на протяжении всей книги чувствуется такая уникальная линия, скрепляющая все эти разные куски воедино. Еще боялся, что книга закончится просто ничем, но финал приятно удивил. Временами становилось очень сложно читать, замысловатые конструкции приводили к тому, что я забывал, о чем вообще начиналось предложение, приходилось возвращаться и читать заново. И, тем не менее, хотя отец на страницах книги восклицает "меньше содержания, больше формы! Ах, какую пользу миру принесло бы убытие содержания", сам Бруно Шульц этому совету не следует, и за необычной "оберткой" скрывается предостаточно глубокого смысла. Думаю, что буду перечитывать.

Отзыв www.livelib.ru/book/1000003460 взят от пользователя www.livelib.ru/reader/attieke/profile

Бруно Шульц Коричные лавки. Санатория под Клепсидрой
Безымянный пользователь интернета
Григорий Остер
писатель

«Эту книгу можно читать с детства и до старости. Каждый раз будешь понимать другое, новое»

Александр Дюма Три Мушкетера
Безымянный пользователь интернета
Андрей Дементьев
поэт

«Совершенно неповторимая Божественная проза поэта. Я всегда поражался глубиной юного Михаила Юрьевича, который в 16 лет начал писать «Демона», а в 20 с небольшим создал мудрую пьесу «Маскарад». Музыка его прозы и тонкость поэзии — вечно со мной»

Михаил Лермонтов Герой нашего времени
Безымянный пользователь интернета
Честно говоря, основная фантастическая идея романа – люди-слова, мир – гипертекст – не прописана толком. Кто говорит с помощью людей-слов? Кто автор? Чем ученики Торпы отличаются от обычных людей? Но главное не в этом. Основной вопрос тут в том, до какой степени учеба должна быть принуждением, годится ли страх в качестве мотивации. Последнее можно отнести не только к учебе. Вроде бы, весь пафос авторов направлен на отрицание таких методов, но никакой альтернативы они не дают. Так не хорошо, а как можно?

Помимо этих мало разработанных проблем в романе много примет студенческой жизни, взаимоотношений с сокурсниками и преподавателями. Читать роман интересно.

Рецензия с uborshizzza.livejournal.com/737054.html

Марина и Сергей Дяченко Vita Nostra
Безымянный пользователь интернета
Алексей Зимин
главный редактор журнала «Афиша-ЕДА»

«Шукшин умеет делать в литературе то, перед чем литературный язык обычно пасует. Он умеет превратить в роман одно междометие. Умеет дать словам какое-то настоящее несловарное значение»

Василий Шукшин Калина красная. Повести и рассказы
Безымянный пользователь интернета
Татьяна Устинова
писатель

«Мой любимый классический русский роман!
Перечитайте, не поленитесь!
«Обрыв» — роман о любви, семье и о том, что вечные ценности непреходящи.
«Обрыв» — роман о страсти, может быть единственный в русской литературе.
«Обрыв» — роман о том, что ничего не страшно, если есть близкие люди, и о том, что никакой грех — не смертелен!»

И. А. Гончаров Обрыв
Безымянный пользователь интернета
Книга "Тевье-молочник" больше всех других произведений Шолом-Алейхема изобилует цитатами из “священного писания”, молитв и др., но это не потому, что Тевье является типом начетника, а потому что через своего Тевье Шолом-Алейхем высмеивает, развенчивает начетников и начетничество.
В еврейском оригинале все эти цитаты Тевье произносит на древнееврейском языке оригиналов библии, талмуда или молитв и переводит их на еврейский язык (идиш) по-своему, то есть искажая их прямой смысл, не потому, что он не понимает их действительное значение, а потому, что этим он хочет показать несоответствие между "священным писанием" и действительной жизнью.
В сущности, этот очень интересный, хотя несколько корявый и не вполне грамотный текст полувековой давности сегодня уже сам нуждается в комментарии, например — в объяснении того, что слово «начетник», стоящее недалеко от слова «талмуд», в 1959 году с неизбежностью наводило на мысль о знаменитой сталинской цитате про «начетчиков и талмудистов». И все-таки самая интересная фраза здесь последняя — фраза о странном «это», которое «понятно из контекста». Понятно здесь только одно: «это» содержит и весь юмор Шолом-Алейхема, и всю соль еврейской культуры, которая именно что заключена в ежеминутном столкновении библейского текста с местечковой реальностью. И это «это» совершенно непонятно и требует развернутого филологического комментария.
Еврейская литература (и «Тевье» тому лучший пример) была «постмодернистской» до всякого постмодернизма. Умное и подробное обсуждение этих сталкивающихся смыслов, порожденных макаронической природой идиша, могло бы сделать классическую книгу подлинно современной, вернуть к ней читательский интерес. Но если такие высокие и сложные игры с традиционным еврейским многоязычием и пятьдесят лет тому назад были не всякому по плечу, то простой религиозно-бытовой и исторический контекст был все-таки очевиден массовому еврейскому читателю. В крайнем случае, тогда еще можно было проконсультироваться у своей бабушки. Грубо говоря: приличных комментариев не было, но были бабушки. А сейчас — ни того, ни другого.
Современный русский читатель — неважно кто он, еврей или неееврей, — не в состоянии прочесть, то есть прочесть и понять, те самые, изданные к столетию, а затем без конца переиздававшиеся канонические русские версии текстов Шолом-Алейхема. Сегодня уже не только сам их автор, но и его переводчики принадлежат к миру, которого больше нет, более того — к миру, от которого в массовом сознании не осталось «ни памяти, ни имени». Нееврейский читатель и не обязан разбираться в еврейских этнокультурных реалиях.

Отзыв Валерий Дымшиц narodknigi.ru/authors/valery_dymshits/взят из narodknigi.ru/journals/79/tretiy_yubiley/

Шолом-Алейхем Тевье-молочник
 1..10 Ctrl → 11..20 21..30