Сеть знакомств для любителей книг



Валерій Пекар
Entrepreneur. Pragmatic. Researcher. Lecturer. Reader. Thinker (from time to time).
 послать сообщение
добавить в друзья
посмотреть список желаемых книг
посмотреть рекомендуемые пользователю книги

Читают то же, что и вы:
 
Taras Prokopyuk

 
Алексей Мась

 
Игорь Манн





Книги для обмена:
У этого пользователя пока нет книг для обмена


Друзья:
 
Алексей Мась
Алексей Мась
 
Татьяна Жданова
Татьяна Жданова
 
grinuova
grinuova
 
Elena Konovalova
Elena Konovalova
 
Vita Kravchuk
Vita Kravchuk

друзей: 5 (смотреть)

Также в друзьях у:
 
Алексей Мась
Алексей Мась
 
Татьяна Жданова
Татьяна Жданова
 
grinuova
grinuova
 
Taras Prokopyuk
Taras Prokopyuk
 
Vita Kravchuk
Vita Kravchuk
 
stasparshin
stasparshin
 
Татьяна Верба
Татьяна Верба

Валерій Пекар

лучшие рецензии : новые рецензии

все категории
Бизнес

 1..10 Ctrl → 11..17 
Валерій Пекар
Мічіо Кайку, добре відомий книгами «Фізика майбутнього» та «Гіперпростір», пропонує погляд фізика на найскладніший об'єкт Всесвіту — людський мозок. Узагальнивши праці двох сотень вчених, серед яких лише Нобелівських лауреатів 11, автор простою мовою викладає огляд останніх подій у сфері нейрофізіології.

А там є чимало цікавого, оскільки початок нашого сторіччя став для цієї науки приблизно тим, чим початок минулого сторіччя був для фізики. Новітні інструменти, такі як генетичний аналіз та потужні комп'ютери, дали можливість досліджувати мозок у деталях, які було важко уявити ще двадцять років тому.

Після огляду технологічних можливостей передачі думок і керування об'єктами (певною мірою, аналоги телепатії та телекінезу), а також записування спогадів та підсилення інтелекту, Мічіо Кайку дає огляд досліджень сновидінь, змінених станів свідомості та штучного інтелекту, а також розмірковує над тим, як би міг виглядати позаземний розум. Як фізик, він дотримується принципу: все, що не суперечить законам фізики, є просто складною інженерною задачею, яка рано чи пізно буде розв'язана. І це робить книгу особливо цікавою.


Мічіо Кайку Майбутнє розуму. Наукові спроби осягнути, вдосконалити і підсилити інтелект
Валерій Пекар
Люди завжди пояснювали собі світ, розповідаючи один одному історії. Спочатку вони називалися міфами, легендами, потім священними книгами, потім науковими теоріями. Історія людства — це історія таких наративів, які й досі правлять нами, навіть коли ми цього не помічаємо. Навіть коли ви бачите купу формул і таблиць, за цим у глибині криється певний міф, наратив.

Ця книга унікальна — так про економіку ще ніхто не писав. Чеський автор, колишній радник з економіки Вацлава Гавела, працював над нею півжиття. Історія економічної думки постає у розгортанні наративів, починаючи із шумерського епосу про Гільгамеша та єврейської Тори і далі, до Платона та Аристотеля, стоїків та епікурейців, вчення Ісуса та Святого Павла, Блаженного Августина і Фоми Аквинського, і аж до спалюваних на площах байок про бджіл Бернарда де Мандевіля та незаслужено перекрученої спадщини Адама Сміта, "коваля економіки".

Читаючи старі тексти, ми пересвідчуємося, що новітня економічна думка оперує такими саме міфами, тобто аксіоматичними наративами, що лежать в основі подальших розрахунків й описують світ, дуже далекий від реалій, які можна побачити на вулиці.

Дуже корисно подивитися на економіку з точки зору філософії, історії, антропології, культури, психології. І ми побачимо, як тисячолітні міфи керують нашими уявленнями про сьогодення.

Томаш Седлачек Економіка добра і зла. Слідами людських пошуків: від Гільгамеша до фінансової кризи
Валерій Пекар
Еволюція мислення веде за собою еволюцію управлінських культур. Що нового несе нам у сфері управління поширення нової парадигми мислення, нових цінностей? Ми спостерігаємо виникнення творчих команд «без начальників» та слабко зв’язаних горизонтальних мереж, але чи можливі у новій управлінській культурі дійсно великі та потужні організації — чи навпаки, великим організаціям залишаються традиційні ієрархічні та корпоративні структури?

Проривна книга Фредерика Лалу дає відповідь: нова управлінська культура можлива й у великих організаціях, у тому числі комерційних, у тому числі у традиційних галузях економіки. Не лише громадські, а й бізнесові організації, і не лише у сфері інноваційних технологій та соціальних послуг, а й у харчовій промисловості, енергетиці, металургії тощо можуть скористатися новою управлінською культурою. Автор позначає її бірюзовим (teal) кольором, але знавці інтегральної динаміки побачать знайомі цінності та методи роботи, притаманні зеленій парадигмі (не плутайте з традиційним перекладом словом «бірюзовий» кольору turquoise, що позначає трансперсональну парадигму).

Лалу детально описує практики і бізнес-процеси бірюзових організацій (управління персоналом, управління проектами, розробка стратегій та продуктів, маркетинг та продажі, закупівлі й інвестиції, планування, бюджетування і контроль), їхні організаційні структури (з яких найскладнішою і найцікавішою, напевне, є холакратія) та повсякденне життя — проведення нарад та ухвалення рішень, залагодження конфліктів та організацію офісного простору тощо. Все це перетворює книгу на не лише підручник, але й довідник, настільну книгу сміливців-експериментаторів у сфері нової управлінської культури.

Безумовно, це не універсальна пігулка менеджменту, бо таких не існує. Далеко не кожна компанія може і повинна пройти трансформацію, скоріше це для першопрохідців. Але читати про нову управлінську культуру корисно всім керівникам — щоб зрозуміти, в якому напрямку рухається світ, і зробити свої організації максимально ефективними.

Українське видання має беззаперечну перевагу над російським не лише в ціні, але й у наявності блискучої передмови від Кена Вілбера.

Фредерік Лалу Компанії майбутнього
Валерій Пекар
Нассим Талеб стал известен всему миру после своего «Черного лебедя». Написанная три года спустя книга «О секретах устойчивости» — это не дополнение, а скорее послесловие. Послесловие прежде всего философское. Автор не полемизирует с теми, кто не принял его идеи, и не пытается изыскать более сильные аргументы, а скорее стремится найти глубинное обоснование своей правоты. Книга будет полезна всем, кто хочет разобраться, как же на самом деле устроен мир. А мир устроен так, что есть вещи вычисляемые, а есть принципиально не вычисляемые, и вовсе не потому, что у нас мало информации или наши компьютеры недостаточно мощны.

И вот что я подумал. Выходит так, что экономическая наука нуждается в полной перезагрузке. Заканчивается эпоха, когда экономика строилась по модели [классической] физики. Всё больше авторов пишут о том, что к экономике не применимы уравнения матфизики, ее нужно рассматривать методами наук о жизни — биологии, медицины. Большие отклонения и «толстые хвосты» статистики, нелинейные эффекты и негауссовы распределения, зависимость от траектории, квантовый эффект наблюдателя — всё это уже нельзя больше игнорировать. Изучение и осознание опыта оказывается намного более полезным, чем разработка математических моделей, которым можно доверять с большими оговорками.

При этом, похоже, нас вскорости ждет прорыв в понимании экономики. Как только откажемся от рикардианско-марксистского механицизма, мы обнаружим: накоплено столь большое количество эмпирических данных, что можно заняться лечением больных, тренировкой слабых и долголетием сильных экономических механизмов. Примерно такой прорыв состоялся несколько веков назад в медицине.

И тогда окажется, что case studies намного лучше описывают судьбу [знакомых нам по Черному Лебедю] рождественских индюшек, чем кривая калорийности их ежедневного питания.

На закуску читатель обнаружит в книге великолепный сборник ядовитых афоризмов Нассима Талеба под названием «Прокрустово ложе».

Нассим Николас Талеб О секретах устойчивости. Прокрустово ложе
Валерій Пекар
По мере того, как интеллектуальный труд продолжает усложняться, работники всё больше хотят от него не только заработка, но и удовлетворенности. А их руководители хотят не просто отдачи, а полной вовлеченности. Сложно найти такую работу, сложно найти таких работников. Однако можно постараться превратить свой офис в такое место, где и руководители и их подчиненные достигают своих целей.

Книга, в оригинале названная просто "МЫ", рассматривает разные аспекты вовлеченности сотрудников, приносящие им удовлетворение, а компании -- повышение эффективности. Книга полезна не только HR-менеджерам, но всем предпринимателям и управленцам, достигшим успехов и намеренным их серьезно развить.

О чем книга? О тех изменениях в жизни людей и компаний, которые становятся возможными на заре постиндустриальной эпохи. Например, о том, что пора перестать искать баланс жизнь/работа и начать строить их гармоничное сочетание, ибо жизнь и работа уже не две разные вещи. Индустриальная революция принесла людям благосостояние ценой личного счастья -- постиндустриальная может вернуть счастье, но для этого придется поработать над собой и вам, и вашему начальнику.

Как найти идеальную работу на пересечении "трех С": Страсть, Смысл, Средства. Как понять, какой тип корпоративной культуры больше всего подходит вам и вашей компании. Как выстраивать стратегию личной карьеры и личного бренда. Как обеспечить сотрудникам три наиболее важные для их вовлеченности вещи -- рост, признание и доверие. Это и многое другое можно узнать из книги, основная идея которой очень проста: совместными усилиями превратить Я в Мы и достичь повышения прибыли, улучшения отношений и личной удовлетворенности каждого.

Кевин Круз, Руди Карсан Компания мечты. Почему в успешных компаниях говорят «мы»
Валерій Пекар
Человек, консультировавший десятки правительств в разных странах мира, наверняка видел достаточно, чтобы понять что-то важное. Даже не будь он создателем одной из самых популярных методологий в менеджменте, то и в этом случае его записки стоило бы почитать. Но «озарения» Адизеса — это не путевые впечатления, а методические рекомендации по «капитальному ремонту» нашего мира, который, очевидно, неисправен.

Действительно, почему бы не применить разработки Адизеса — управленческие витамины (PAEI), жизненный цикл организации, методика управления изменениями на основе слитых воедино власти, полномочий и влияния (CAPI), интеграция и дезинтеграция и т.д. — для нахождения решений сложных проблем внутренней и внешней политики? Ведь, в сущности, социальные системы любого размера развиваются по одним тем же законам, будь то семья, компания или страна.

Доктор Адизес, не боясь быть неправильно понятым, смело вскрывает нарывы самых больших проблем: мировой экономический кризис, палестинско-израильский конфликт, бесконечные балканские войны, экологический кризис, мировой терроризм, мультикультурность и двуязычие, глобализация и культурная экспансия, проблемы власти в Латинской Америке и в постсоветских странах, преступность и безработица в США. Для него нет табу, нет закрытых тем и священных коров.

Рецепты доктора Адизеса вполне логичны и прозрачны для тех, кто знаком с его методологией, и при этом абсолютно нереализуемы — для этого нет ни политической воли, ни достаточной глубины понимания проблем элитами соответствующих стран. Ибо все предлагаемые решения — для долгой игры, и результаты не поспеют к ближайшим выборам, о которых только и думают политики от Мехико до Москвы, от Иерусалима до Белграда. Как тяжелому больному, нашему миру нужен здоровый образ жизни, который вести совсем несложно с ближайшего понедельника, нужно только захотеть, но как раз с этим проблема. Не говорите потом, что вас не предупреждали. Будет хуже, существенно хуже, уверен Адизес: должно стать совсем плохо, чтобы появилась решимость что-то изменить.

Зачем читать эту книгу? Во-первых, чтобы понять, есть ли решения мировых проблем хотя бы теоретически. Во-вторых, чтобы разобраться, как работает методология на больших системах, — а это позволяет эффективнее применять ее на системах поменьше, с которыми мы с вами и встречаемся каждый день.

Ицхак Адизес Политические озарения
Валерій Пекар
Конкуренция — естественная среда бизнеса, где все мы привыкли жить. В зависимости от размера и зубастости мы избираем свои конкурентные стратегии: мелкая рыбешка уклоняется от столкновений с крупной и ищет уголки потише, средняя рыба не прочь иной раз проглотить рыбу поменьше, а крупная рыбина охотится на среднюю, чаще всего мелкой не замечая. Мелкая рыба постепенно вырастает и начинает поедать тех, кто слабее, но и сама оказывается перед лицом новых угроз. Так или иначе, наш океан бизнеса обильно полит кровью рыб разного размера, так что воды его приобрели багровый оттенок.

Профессор Чан Ким однажды открыл, что багровый океан — не единственный. Совсем недалеко существует еще один океан, и его прозрачные воды имеют чистый голубой цвет — там нет крови раненых и погибших, ибо нет конкуренции. Этот океан состоит из совершенно новых и потому незанятых рыночных ниш. В то время как одни компании сражаются за победу в жестокой конкурентной борьбе в багровом океане, другие уплывают подальше от битвы, в голубой океан, где нет конкурентов. Понятно, новые ниши нужно найти, по сути — создать, придумать, изобрести. Но нашедшего ждет гигантский рост — ведь никто не делит нишу, не мешает расти. Понятно, рано или поздно другие рыбы приплывут в новую нишу, и воды окрасятся в привычный багровый цвет. Но это случится не сразу, есть время поживиться в гордом одиночестве и вырасти до приличных размеров. В конце концов, кто освоил технологию создания голубого океана, сделает это еще раз и еще раз, уходя от конкурентов всё дальше и дальше.

Естественно, идея «голубого океана» так и осталась бы просто метафорой, если бы Чан Ким и его ученики не разработали инструментарий для анализа и синтеза новых рыночных ниш. Как только это было сделано, методология «голубого океана» прочно заняла место среди самых популярных инструментов стратегирования, Чан Ким вошел в мировой «зал славы» гуру бизнеса, а эта книга стала бестселлером в десятках стран. Если вы устали от конкуренции — подумайте, может быть, настало время с ней покончить?

У. Чан Ким, Рене Моборн Стратегия голубого океана.
Валерій Пекар
Представьте себе, что на вечеринке вы встретили прилично одетого, но достаточно неприятного джентльмена. Он одержим одной идеей, он неполиткорректен, он восторженно отзывается об одних известных людях и готов часами петь им дифирамбы, в то время как о других известных людях (между прочим, Нобелевских лауреатах) так же часами готов говорить всякие гадости. Он эрудирован и бегло говорит на нескольких языках, но при этом брызжет желчью и вываливает на гостей тонны черного юмора. Он придумывает всем обидные клички и вешает ярлыки. Он вдумчивый ученый и успешный биржевой трейдер, но не признан ни теми, ни другими: трейдеры презрительно называют его «умником», а ученые — еще более презрительно «дельцом». Познакомьтесь, этого человека зовут Нассим Талеб. О чем бы ни зашла речь, он всё сводит к одной теме, повторяя раз за разом: мы недооцениваем вероятность редких, но катастрофических событий. Мы недооцениваем объемы нашего незнания. Мы замыливаем глаза себе и другим, пользуясь неправильными математическими моделями реальности. Своим незнанием, невежеством, недооценкой непознанного, желанием свести мир к простым механическим моделям мы кличем беду. Большую беду.

И в какой-то момент, продираясь сквозь обидные прозвища и черный юмор, презрительные гадости и демонстрацию собственного превосходства, изрыгаемые этим человеком, вы понимаете: да он вам симпатичен. Что греха таить, жутко симпатичен. Он просто пытается спасти мир — так, как умеет. Да, он не Брюс Уиллис. Но и мир сложнее «Крепкого орешка». Сегодня спасителем мира выступает среднего возраста плотный мужчина с бородкой, на вопрос о национальности отвечающий загадочно «левантинец», любитель хорошей кухни и классической литературы, философ и сибарит.

В «Черном лебеде» слишком много Нассима Талеба. Впрочем, это книга всей его жизни. Однако остается место и для множества других людей — любимых автором Секста Эмпирика, Пуанкаре и Мандельброта, ненавидимых им нобелевских экономистов. Десятки философов, врачей, финансистов и математиков всех эпох и народностей ведут диалог на страницах книги. Но никто из них не затмит главного героя — Черного Лебедя. Под таким именем выступают в книге редкие, странные, непредсказуемые и обычно катастрофические (именно из-за своей неожиданности) события, напоминающие нам о том, что мир сложнее наших схем. Знакомьтесь, это Черный Лебедь.

Нассим Николас Талеб Черный лебедь
Валерій Пекар
Представьте себе, что на вечеринке вы встретили прилично одетого, но достаточно неприятного джентльмена. Он одержим одной идеей, он неполиткорректен, он восторженно отзывается об одних известных людях и готов часами петь им дифирамбы, в то время как о других известных людях (между прочим, Нобелевских лауреатах) так же часами готов говорить всякие гадости. Он эрудирован и бегло говорит на нескольких языках, но при этом брызжет желчью и вываливает на гостей тонны черного юмора. Он придумывает всем обидные клички и вешает ярлыки. Он вдумчивый ученый и успешный биржевой трейдер, но не признан ни теми, ни другими: трейдеры презрительно называют его «умником», а ученые — еще более презрительно «дельцом». Познакомьтесь, этого человека зовут Нассим Талеб. О чем бы ни зашла речь, он всё сводит к одной теме, повторяя раз за разом: мы недооцениваем вероятность редких, но катастрофических событий. Мы недооцениваем объемы нашего незнания. Мы замыливаем глаза себе и другим, пользуясь неправильными математическими моделями реальности. Своим незнанием, невежеством, недооценкой непознанного, желанием свести мир к простым механическим моделям мы кличем беду. Большую беду.

И в какой-то момент, продираясь сквозь обидные прозвища и черный юмор, презрительные гадости и демонстрацию собственного превосходства, изрыгаемые этим человеком, вы понимаете: да он вам симпатичен. Что греха таить, жутко симпатичен. Он просто пытается спасти мир — так, как умеет. Да, он не Брюс Уиллис. Но и мир сложнее «Крепкого орешка». Сегодня спасителем мира выступает среднего возраста плотный мужчина с бородкой, на вопрос о национальности отвечающий загадочно «левантинец», любитель хорошей кухни и классической литературы, философ и сибарит.

В «Черном лебеде» слишком много Нассима Талеба. Впрочем, это книга всей его жизни. Однако остается место и для множества других людей — любимых автором Секста Эмпирика, Пуанкаре и Мандельброта, ненавидимых им нобелевских экономистов. Десятки философов, врачей, финансистов и математиков всех эпох и народностей ведут диалог на страницах книги. Но никто из них не затмит главного героя — Черного Лебедя. Под таким именем выступают в книге редкие, странные, непредсказуемые и обычно катастрофические (именно из-за своей неожиданности) события, напоминающие нам о том, что мир сложнее наших схем. Знакомьтесь, это Черный Лебедь.

Нассим Николас Талеб Черный лебедь
Валерій Пекар
«Чем бы ни занимался человек в России, всё равно его жалко», — сказал как-то М.М.Жванецкий.

Говорят, это лучшая книга о постсоветском бизнесе. Это история молодого провинциального предпринимателя, вознамерившегося открыть интеллектуальный и чистый бизнес, как будто он не в России живет. Это история мечты и взлета, падения и новой мечты. Автор называет своего героя «ботаником» — ничем не примечательный парень из третьестепенного города, без опыта, без связей, без особой, на первый взгляд, харизмы и уж точно без MBA. Вскоре мы понимаем — нет, он не ботаник, а просто идеалист, верящий, что если честно трудиться, придумывать классные вещи, заботиться о людях и ничего не бояться, то всё получится. Один из тех идеалистов, благодаря которым жива еще в России надежда.

Нужно отдать должное автору — описывая повседневную, иногда скучноватую рутину бизнеса (магазины, кредиты, конкуренты…), временами он поднимается до настоящего эпоса. Жизнь главного героя становится значительной, в ней больше нет мелочей и несущественных деталей.

И в такие моменты выясняется с пронзительной ясностью, что главный враг предпринимателя в России — не чиновники и не силовики, не судьи и не бандиты. Главный герой ведет упорную и бескомпромиссную борьбу со своим главным врагом — с самим собой, своими сомнениями и страхами, ошибками и заблуждениями. Всеобщая апатия, безверие, безответственность и пофигизм давят на каждого российского предпринимателя с силой в несколько атмосфер, заставляя остановиться, отказаться, смириться. Масса слабых и несчастливых людей просто не может позволить кому-то быть иным. Но жесткое сопротивление среды кристаллизует характеры, напоминающие героев Айн Рэнд. Остановиться невозможно. Сдаться — невообразимо. Тот, кто однажды создал нечто из абсолютного ничего, наполнил жизнью мертвое до того пространство, захочет пережить это ни с чем не сравнимое чувство еще и еще раз.

Так что ботаники бизнес в России не делают.

Максим Котин И ботаники делают бизнес
 1..10 Ctrl → 11..17